top of page

Интервью с Иоганнесом Раймером

В редакции журнала «Канон» мы встретились с Иоганнесом Раймером, профессором миссиологии Южно-Африканского университета, одним из руководителей Всемирного Евангельского Альянса (ВЕА).





Канон: Иван Иванович, расскажите о Всемирном Евангельском Альянсе и вашей роли в нём.


Иоганнес Раймер: ВЕА был создан 1836 году в Англии. Целью было соединить евангельские церкви в молитве и миссии. Так начало расти всемирное миссионерское движение. Появились первые миссионерские общества, которые отправлялись в Азию и Африку, там, где ещё не было церквей. Евангельские церкви объединились с целью начать подобную работу. В некоторых странах оно пошло очень быстро. У нас Евангельский Альянс России был создан Иваном Степановичем Прохановым. Он стал одним из первых славянских вице-президентов ВЕА. Сегодня цели ВЕА следующие: мы на международном уровне пытаемся организовать движение. Скажем, богословская комиссия работает над вопросом богословского склада. Время меняется, меняется и общество. Появляются новые вопросы. Этика и мораль общества меняется. Например, в Америке сейчас радикальный индивидуализм, и как с ним обходиться? Подобные вопросы необходимо решать. Сейчас пошло сильное движение по всему миру в сторону гомосексуализма. Как отвечать на эти вопросы? И тому подобные вопросы затрагивает богословская комиссия: собирает конференции, открывает школы, пишутся публикации и книги. Миссионерский отдел в ВЕА работает над созданием совместных мероприятий в странах, где еще нет Евангелия или церквей, а также в закрытых странах, где есть гонения на христиан.

Я отвечаю за движение по миротворчеству. Мы занимаемся вопросами, связанными с вопросами примирения. Типичная задача, поставленная перед нами – закончить конфликт каким-либо путём, хотя бы среди верующих на территории Украины. Таких конфликтных мест в мире очень много: несколько сотен! И во всех этих конфликтных странах у нас есть представительства и сотрудники. Для того, чтобы помочь церкви разобраться, мы должны помочь церкви открыть глаза на понятие примирения. Примирение дано церкви, но наши церкви почти нигде не стали центрами примирения. Как раз наоборот, постоянно идут «делёжки». Евангельские верующие отличаются, например, от Римско-католических тем, что у них один Папа Римский, а у нас их много. В 2016 году мы создали движение «За мир и примирение».





Канон: как вы думаете, сложнее примирить верующих людей или вести диалог с неверующими? Ведь у христиан есть объединяющий стержень.


Иоганнес Раймер: В основном, в мире людей делит на партии, группы и группировки культура. Я бы сказал, даже бескультурье. Культура – это установка, которая объединяет все наши побуждения, мотивы, экономику, жизнь как индивидуума, так и семьи. Также культурный вопрос связан с географией, да и со многими другими факторами. Одну из центральных ролей в культуре играет религиозная обстановка. То, во что мы верим, определяет то, как мы мыслим; а то, как мы мыслим, определяет наши ценности. Ценности же определяют нашу материальную установку. Типичный пример – это Индия. Там кастовая система и низшая каста далитов (неприкасаемых) должна служить всем, жить в бедности, они – отбросы общества. Их такими, согласно их верованиям, сделал великий дух Браман. И как только они перечат своему состоянию, пытаются вылезти из этого состояния, их карма становится негативной. Уже в следующей жизни, как они учат, они превратятся в поросёнка. Для того, чтобы подняться по линии этих всех перерождений и выйти, в конечном счёте, в то, что они называют раем и чтобы объединиться с Браманом (всемирной душой), им надо пройти стадии, то есть, постоянно жить в системе этой культуры. Когда мы приезжаем в Индию, мы говорим, что это Бранманское учение, учение о карме – это глупость, человеческая выдумка. Для того, чтобы помочь им примириться с самим собой, им нужно примирение с Богом. Им нужна новая религиозная установка.

Так же и в Украине мы хотим примирить людей прежде всего с собой. Примирить с историей…

Примирение произошло от греческого слова καταλαση (katalaza). Это слово из мира бизнеса. Я когда торгуюсь, называю свою цену, а продающий – свою. Мы постепенно начинаем уступать друг другу. Значение греческого слова καταλαση – это не просто уступать друг другу, а обмен позициями. «Меняясь местами», мы всё больше начинаем понимать друг друга. Когда я торгуюсь в арабских странах с продавцами, а они любят торговаться, я стараюсь дойти до «дна». В этом случае продавец не может идти ниже, потому что начнёт терять. Здесь я уже не торгуюсь, а, наоборот, немножко надбавлю, чтобы остаться другом. Обычно мы обнимемся друг с другом, и я ухожу с базара. Он будет вспоминать «этого прекрасного немца», который с ним торговался на его условиях, играл в эту игру, понимая правила. Именно это значение имеет греческое слово «примирение». Это слово употребляется в Новом Завете. И в Украине я использую этот метод, и с собеседником мы находим общий язык. И этот общий язык нас объединяет. Может, мы еще не на самом высоком уровне, но мы уже стали друзьями. Основной принцип миссии вообще и примирения в частности – это доверие. Где нет культуры доверия, там нет никакой миссии.


Канон: какое отношение должно быть у христиан, как миротворцев, к ЛГБТ сообществу? Есть ли вашем опыте примеры влияния христиан на это движение?


Иоганнес Раймер: Мы, христиане, точнее, некоторые, особенно славянские христиане, реагируем на гомосексуализм любого уклада, на любую сексуальную девиацию негативно, потому что мы этого боимся. Руководствоваться страхом в миссионерском диалоге никуда не годится. Библия говорит: «совершенная любовь изгоняет страх», поэтому наша реакция и борьба должна быть не против «крови и плоти, а против сил злобы поднебесной». Наша миссия – реагировать на любого человека с любовью. Так мы посланы. То есть, не страх, а любовь. Я люблю человека, но ненавижу грех. Если я ненавижу грех, это не значит, что я перевожу свою ненависть на человека. Это определённое искусство, потому что человек грешит, грех в нём. Поэтому мы переводим рельсы на человека и воюем с «кровью и плотью». Как только я начинаю такого рода борьбу, я теряю из вида демонов, которые довели этого человека до его девиации и теряю настоящую борьбу. Это произошло во всех христианских странах. Вместо того, чтобы серьёзно ввязаться в борьбу с теми силами, производящими ЛГБТ, которые создали неестественные вещи в нашем обществе, я воюю с жертвами. Теперь, если я хочу любить человека и хочу, чтобы он услышал мой голос, моё предупреждение и Евангелие, мне нужна какая-то основа доверия. Мы говорим: «базовое доверие – основа всякой миссии». Когда христиане воюют с такими людьми, обзывают неприятными именами, то они никогда не получат доверие. Как поступаю я. Я никогда не соглашусь с гомосексуализмом, Библия называет это грехом. Я никогда не возьму на себя обязанность их осуждать, что является библейской позицией. Бог – судья. Моё дело – полюбить человека, позаботиться о нём, показать ему мою любовь, найти его доверие, а потом поговорить, почему он такой.

Выясняется, что нет общего ЛГБТ, а есть люди, которые стали гомосексуалистами, потому что какой-то сумасброд после первой мировой войны решил, что рождается человек с двумя полами, и выбор родителей – решить, какой именно пол будет иметь их ребенок. Родился мальчик, и родители решили, что он – это девочка. Теперь эта «девчонка» чувствует себя мужчиной, потому что «она» родилась мальчиком. Такие «порезанные люди» ни в коем случае не стали социальными гомосексуалистами. Как с ними обходиться? Такому человеку я помогаю разобраться в себе самом. Я не могу восстановить его пол, но я говорю ему, что во Христе мы – новая тварь. Во Христе мы – не мужчина и не женщина. Во Христе я могу начать жить заново. Если меня порезали, я уже не поменяю своё тело, но во Христе я приму уже то, что у меня сейчас есть. Могу жить счастливо. Я могу освободиться полностью от этих чувств, которые были во мне. Христос меня освободил.

Другой вопрос – социальный гомосексуализм. Здесь идет промывка мозгов. Порнография, которая нас всех мучает, небольшая влияющая группа людей. Кстати, ЛГБТ тоже обозлены, как та девочка, из которой родители сделали мальчика хирургическим путём. Она чувствует себя по-другому, а её постоянно ругают, ставят в угол, обзывают. Она – никто. И она тоже реагирует со злостью. Дьявол помогает ЛГБТ, они прописались в обществе и доминируют в университетах, в прессе, политике и парламентах, хотя их очень мало. У нас в Германии таких людей меньше 1%, но они самые громкие, самые влиятельные, они всё заполонили.


Канон: как у них (ЛГБТ сообщество) получается так лоббировать свои интересы?


Иоганнес Раймер: они друг друга поддерживают везде и повсюду. В Германии это примерно 80 тысяч человек, везде и повсюду поддерживающих друг друга. Они идут сознательно путём внедрения в политику, науку и везде. Таким образом, эти 80000 человек способны поставить страну, общество «на уши». Теперь представьте себе, что христиане пойдут таким же путём. Не будут делиться, а наоборот – объединятся. Покупать у «своих», даже если это дороже. Поддерживать своих. Нужно объединиться, изменить культуру общения, и тогда мы будем влиять.


Канон: то есть, ЛГБТ сообщество использует своё единство?


Иоганнес Раймер: ЛГБТ сообщество в этом смысле показывают демоническое единство. Дьявол – отец лжи, и в его обман верят. Когда мы противостоим дьяволу, он убегает от нас, но плохо, если мы противостоим не дьяволу, а жертвам. Это – полное смещение целей.


Канон: есть ли у вас опыт общения с людьми с сексуальными отклонениями?


Иоганес Раймер: Один из лидеров ЛГБТ сообщества говорит мне: «Я с вами больше общаться не буду. Когда я пообщаюсь с вами, меня после этого не тянет к моему партнёру». Что я делаю… Встретились мы, и я в душе своей говорю: «Господь, я запрещаю всякому демону вмешиваться в нашу беседу. Выгони его вон!» Даже если прихожу в квартиру этого человека, то первым словом говорю: «Теперь я здесь – представитель неба, и никакой демон не имеет здесь никакого права». И этот человек начинает со мной разговаривать по-человечески, потому что голова просветлела. Я ухожу, и у него не получается делать тот грех, который он любит. Демон ушел со своей властью. Через две недели, если мы не общались, он звонит и говорит: «Иван Иванович, без вас сложно, давайте встретимся». На вопрос «почему?», он говорил: «У меня не только интерес пропадает, но появляется что-то новое. Как будто я попал под душ и грязь отпала». Он ещё не называет свою ориентацию грязью, но когда он спросит, я ему скажу: «Да, то, чем ты занимаешься – это грех и грязь. Это ломает твоё достоинство, и ты теряешь своё человеческое лицо». Это я ему скажу, если спросит, но от себя просто не говорю, потому что нет доверия. Будет доверие – тогда есть возможность не только говорить, но и помогать. Я веду борьбу с тем, кто ломает сознание.


Дорогие читатели, если у вас есть вопросы или комментарии, пишите на адрес: magazine@kanonus.com


Также вы можете оставить комментарии.

0 comments

Recent Posts

See All

Comments


bottom of page